Талигойский лабиринт

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Талигойский лабиринт » Хексберг » Отчет о рейде [23 О. М. 397 КС; доступ свободный]


Отчет о рейде [23 О. М. 397 КС; доступ свободный]

Сообщений 1 страница 16 из 16

1

Название: Отчет о рейде
Краткое описание: Ротгер Вальдес является в Адмиралтейство, дабы отчитаться о проведенном рейде Первому адмиралу Талига Рамону Альмейде
Место: кабинет Рамона Альмейды в Адмиралтействе
Время: 23 день Осенних Молний
Участники: Рамон Альмейда, Ротгер Вальдес, Хулио Салина
Доступ на чтение: всем, кроме граждан кесарии и кесарских шпионов.

0

2

Ротгер Вальдес, явившийся в порт славного города Хексберг не далее как сутки назад, очень спешил. Спешил он в Адмиралтейство на встречу с начальством, но дорого бы дал за то, чтобы отложить визит. Но, увы, простудиться так, чтобы слечь с бредом и жаром, не удалось, во время абордажа получить тяжелую рану тоже как-то не случилось, да и вообще хвори как-то обошли вице-адмирала стороной. Как обычно. Так что сейчас Ротгер шел на свидание с начальством, нес ему отчет по рейду, на написание которого был убит не один час,  и новости, которые лучше бы передавать устно, и убедившись, что в прямом доступе у Рамона нет ничего тяжелого, колющего и режущего в компании с огнестрельным. Потому как внятно объяснить начальству, зачем он притащил в Хексберг вражеского адмирала цур-зее, да еще и с оруженосцем, Ротгер даже не мечтал. Он надеялся только на везение.
Знакомые щербатые ступени крыльца, чуть поскрипывающая пятая ступенька лестницы - и вот уже Вальдес перед дверью в кабинет Рамона. Он постучал, воспитанно дождался приглашения, и шагнул за порог.
В кабинете, помимо Рамона, оказался еще один вице-адмирал. Хулио Салина подпирал стену и как-то очень нехорошо, на взгляд Ротгера, улыбался. Вальдес кивнул Хулио и изобразил из себя идеального подчиненного.
- Отчет о рейде, господин Первый адмирал! - бумаги легли на стол, а Ротгер победно ухмыльнулся.

0

3

Вид вице-адмирала Салины большинству мог бы показаться даже хмурым, за исключением самых близких, знающих особенности его выражений. Появление Ротгера он просто не мог встретить без улыбки. (Ну, то есть, вот как раз близкие и знали, что это у него называется "улыбкой", а кому-нибудь со стороны вполне могло бы показаться, что он собирается идти в бой на поражение).
Объяснялось подобное состояние ситуацией странного неведения, в которой в Адмиралтействе пребывали последние пару суток.
А Вальдес еще и не потрудился явиться с новостями сразу! То, о чем успели наболтать за день матросы в городе, и что вкратце сообщили с разведывателного корвета, явивившегося незадолго до самого Вальдеса, может сильно разниться с тем, что Ротгер напишет в своем докладе.
Хулио и сам бы явился к нему с расспросами, но в последнее время в Хексберг было слишком много дел.
Салина и сам явился из своего рейда только недавно. Только вот ходил он на юг, а не на север, как Ротгер, и его новости были сравнительно спокойней. Но Хексберг готовился к зимовке, и корабли требовали внимания. Собственно, планы на зиму и были причиной того, что вице-адмирал уже который день торчал в Адмиралтействе, как, впрочем, и многие другие, - а еще неумолимо надвигающийся Зимний Излом.
"Как это зловеще - вице-адмирал Вальдес возвращается в Хексберг чуть ли не аккурат на Излом, после бури, и при странных обстоятельствах", - именно эта мысль заставила Хулио усмехнуться, и он сложил руки на груди, в ожидании.
Выходить пока не порывался - если альмиранте захочет переговорить с Ротгером наедине, он даст это знать.

0

4

Флотилия Бешеного пристала к берегу всего сутки назад, а Хексберг уже просто лопался от слухов. Впрочем, с Вальдесом так бывало постоянно. Но в этот раз вице-адмирал, кажется, превзошёл сам себя. Два дриксенских линеала, приведённых в порт под конвоем в мирное время! Да, тут есть о чём посплетничать. И что выслушать от самого Бешеного, определённо, найдётся.

Сначала Рамон хотел затребовать Вальдеса с отчётом немедленно. Потом успокоился, сказал себе, что линеалы из порта никуда не денутся равно как и пленные дриксы, и дал день форы.

Безусловной пикантности ситуации придавал тот факт, что одним из кораблей был флагман гусиного флота - "Нордкрооне". Это ниточкой тянуло за собой вопрос: а что, собственно, с вражеским адмиралом?

Одним словом, Альмейда ждал отчёта от Вальдеса, и чем раньше, тем лучше, поскольку терпение заканчивалось. Дел накануне Излома было невпроворот, подчинённые носились из Адмиралтейства в доки, из доков на причалы, с причалов – обратно в Адмиралтейство, и конца этой круговерти не предвиделось. На этом фоне два дриксенских линеала… в общем, только их сейчас и не хватало!

Они только что закончили очередной бурный разбор лоций со старшим Салиной. И Альмейда как раз успел порадоваться, что хотя бы одно дело позади, и подумать о том, где же носит Бешеного, как тот не замедлил себя явить.

- Отчет о рейде, господин Первый адмирал!

Перед Рамоном на стол аккуратно улеглась довольно пухлая пачка. Решил поиграть в дисциплинированного подчинённого, Ротгер? Что-то тут нечисто.

Первый адмирал нахмурился и взялся за бумаги. Потом снова поднял голову и кивнул на стул.

- Садись, Ротгер.

Шадди он, по своему обыкновению, предложить забыл. Впрочем, неугомонный Бешеный не постеснялся бы затребовать его самостоятельно.

Альмейда читал, и чем дальше, тем сильнее ему хотелось кинуть что-нибудь в стену. Или кого-нибудь. Кем надо быть, чтобы, имея за спиной пять линеалов, открыть огонь по пятнадцати? Да ещё в чужих территориальных водах?.. И что это означает? Война?.. М-да...
Так, а это что?

"... захвачен в плен Адмирал цурзее Дриксен Олаф Кальдмеер... адъютант Руперт фок Фельсенбург... на настоящий момент размещены..."

Первый адмирал поднял мрачный взгляд на Вальдеса и прижал бумаги широкой ладонью, будто они могли убежать.

- Я прочёл, Ротгер. Теперь рассказывай.

Отредактировано Рамон Альмейда (2013-04-09 00:41:40)

0

5

Ему предложили сесть. Рамон, как обычно, успел ровно за минуту до того, как Ротгер сам собрался  сесть в давно и прочно облюбованный стул. Это, допустим, Хулио может, если ему охота, подпирать стену, а вот Ротгер предпочитал  в кабинете Рамона сидеть именно на этом стуле.  Пока альмиранте проглядывал его отчет, Бешеный стрельнул глазами  на Хулио,  изобразил на лице немой вопрос, и снова стал преданно есть взглядом начальство.  Начальство тем временем добралось, похоже, до самого интригующего момента  отчета, а именно - до пленения вражеского адмирала цурзее Кальдмеера. И возжелало подробностей.
- Так... а что рассказывать то?  - Ротгер изобразил  полнейшую невинность во взоре и пожалл плечами. Дидерих удавился бы от зависти, завидев этот честный, открытый взгляд. - Шли мы шли, зацепило нас штормом, чуть-чуть зацепило, Рамон, краем.  Ну, с курса сбились, понятное дело. Смотрю - пять кесарских кораблей. И среди них не только "Верная Звезда" моего  незабвенного Бермессера, но и "Ноордкроне" Кальдмеера.  Ну, я просто не мог упустить шанс, понимаешь? - Бешеный поерзал, устраиваясь поудобней, по старой привычке накрутил на палец прядь своих волос, вздохнул и продолжил.
- Нас немножечко больше, чем дриксов было, и я предложил гусям лечь в дрейф, дабы без помех  сдаться нам. Этой моей умной мысли вняли, увы, не все. Рамон, нас обстреляли, представляешь?  Я был возмущен, все остальные тоже не были склонны прощать такое самоубийственное деяние. Пока  абордаж, пока что - Бермессер под шумок сбежал, оставив нам два линеала.  Один из которых, кстати, "Ноордкроне". Корона нам досталась  хоть и потрепанная штормом, но с полным экипажем, включающим в себя господина родственника кесаря Руперта фок Фельсенбурга, адъютантствующего при Олафе Кальдмеере. Ледяной, кстати,  болен. Ему во время того шторма попало обломком реи по голове, так что я  подумал, что застенки ему на пользу не пойдут,  и любезно разместил его вместе с господином Фельсенбургом у себя дома - все равно  места у меня много, а сбежать они не смогут. Адъютант не бросит адмирала, а Ледяной, по самым оптимистичным прикидкам лекарей,  минимум две недели будет с силами собираться.
Вальдес договорил до конца, обвел взглядом всех собравшихся и хмыкнул.
- А что, шадди меня тут уже не угостят?

0

6

Рамон очень любил слушать Бешеного. Очень. Рассказывать тот умел как никто. Заливался соловьём, помогал себе мимикой и жестикуляцией, и всё вместе это превращалось в настоящее актёрское представление, хоть актёр был всего один. Особенно здорово такие россказни шли под большую кружку свежесваренного глинтвейна, у камина, зимой... Одним словом, слушать Ротгера Вальдеса было бесконечно приятно. Но только не тогда, когда от него требовалось сухое изложение событий.

Дело в том, что сухо тот излагать, похоже, не умел в принципе. Поэтому продолжал актёрствовать и постоянно смешил Рамона не к месту. В такие моменты Альмейда напускал на себя ещё более суровый вид, чтобы не рассмеяться, потом начинал сердиться от того, что смеяться всё равно хочется. Потом сердился сильнее, ив конце концов заводился по-настоящему.

Вот и сейчас, слушая складную болтовню вице-адмирала, Альмейде приходилось сдерживать желание грохнуть ладонью по столу и рявкнуть: "Тихо!" А потом выгнать обоих Салин и хорошенько потрясти взбалмошного и самовольного подчинённого за шкирку.
Это же додуматься нужно - разместить в собственном доме вражеского адмирала с адъютантом!
Он слушал, привычно поигрывая кинжалом, неизвестно когда появившемся в руках, разглядывая столешницу перед собой.

Вальдес договорил до конца, обвел взглядом всех собравшихся и хмыкнул.
- А что, шадди меня тут уже не угостят?

Рамон глубоко вдохнул, медленно, порциями выдохнул и поднял тяжёлый взгляд на Бешеного.

- Позже. Сперва ответь: обязательно было размещать их у себя?  Вице-адмирал Талига спит под одной крышей с двумя гусями! А если... Откуда такая уверенность в адъютанте Кальдмеера?!

Первый адмирал поймал себя на том, что почти кричит, и волевым усилием сбавил тон. Спросил уже куда более ровным голосом:
- Ты хоть охрану к ним приставил?

Отредактировано Рамон Альмейда (2013-04-09 00:44:29)

0

7

Официальная аудиенция Ротгера у командования обещала стать интересной. Впрочем, чем тут удивляться?
Альмиранте не приказал выйти, а значит, можно будет как следует насладиться весельем. Удобствами ради зрелища Хулио предпочел пожертвовать и остался стоять там, где стоял. С этого места было лучше видно.
Салина едва заметно ухмыльнулся и, пока альмиранте изучал отчет Вальдеса, попытался объяснить тому, используя чудеса марикьярской мимики, что лучше бы он явился еще вчера, а теперь лично он ни за что не ручается.
Впрочем, вскоре после этого Альмейда и сам обратил взгляд на своего беспечного подопечного... в смысле подчиненного, и, насколько Хулио мог судить, вот он-то должен был сказать Ротгеру гораздо больше, но, похоже, по другому поводу.

Завидев взоры, с которыми Ротгер собрался вещать, Салина чуть не прыснул со смеху - к этой картине невозможно было привыкнуть и остаться равнодушным, уж он-то мог утверждать, ведь наблюдал ее не единожды.
Но по мере того, как Вальдес рассказывал, лицо Хулио несколько помрачнело. Разум сам отсек то, что не относилось к делу, то есть, веселые ужимки вице-адмирала, и воспринимал только собственно информацию. Салина опустил взгляд, собираясь с мыслями.
Гуси напали на талигские корабли, не имея перевеса? Почему? Надеялись отбиться? Ведь это откровенная провокация. Невозможно поверить в то, что такой приказ мог отдать Кальдмеер. А Бермессер удрал - впрочем, ничего удивительного. Так что же произошло? Дриксы не поладили меж собой? Или все это так и было задумано?
Хулио нахмурился еще больше. Что-то тут не так.
На том месте, где речь зашла уже непосредственно о пленниках, Салина поднял взгляд и устремил его на Ротгера.
Что?..
Крабьей теще ясно, почему альмиранте был недоволен. Ротгер поступил как, впрочем, и всегда - весьма странным образом. Невозможно было понять, то ли он так гениально все продумал, что его намерения оказались совершенно неочевидны для всех остальных, то ли просто сделал что-то вообще не подумав!

- И ты ждал целые сутки, чтобы сообщить о этом? - с трудом скрывая негодование, которого здесь вполне достаточно в исполнении альмиранте, уточнил Хулио. - Надо полагать, твой план обусловлен тем, что ты хочешь быть поближе к столь ценному источнику информации, который на данный момент представляют собой твои пленники? Они уже сообщили тебе что-нибудь интересное? Надо же, Кальдмеера отхватил, а мы тут сиди гадай! С чего это у тебя внезапно случился приступ "бергерского гостеприимства"?
Он хмыкнул в тон вице-адмиралу. "Бергерская половина" Ротгера должна была оценить шутку.
Конечно, формально Вальдесу следовало сначала ответить на вопросы альмиранте, но Хулио был бы не марикьяре, если бы просто промолчал, услышав такую занимательную историю и никак ее не прокомментировав.

0

8

Вот так всегда... Шадди угощать его никто не рвался, зато оба друга  едва ли не перебивая друг друга, рванулись допрашивать и вправлять ему мозги. Можно подумать, что Ротгер Вальдес ну совсем идиот. А он не идиот, да - Бешеный, но не придурок же.
- Рамон, ну не в одной же постели сплю! - Рычать и Ротгер умел, причем не повышая голоса, но при этом донося до оппонента все нюансы своего настроения. 
- И да, господа, я, что бы про меня не говорили, не дурнее вас. Разумеется, что господин Кальдмеер, что господин фок Фельсенбург, безоружны и под надлежащей охраной. Дитрих выделил нескольких парней. - На самом деле, кузен выдвинул ему ультиматум. Он соглашался оставить больного на всю голову Кальдмеера и его адъютанта только в том случае, если двое его людей будут постоянно находиться в доме Бешеного, охраняя  здоровье хозяина дома от коварных гусиных посягательств. По мнению  самого Ротгера наиболее коварной выходкой со стороны его военнопленных гостей было бы помереть, несмотря на должный уход и заботу, но увы против Дитриха не попрешь. Чистокровный бергер это вам не любимое начальство.
Ротгер упрямо сжал губы и продолжил
- Интересное, Хулио, они сообщили мне еще в момент сдачи в плен. Доблестные дриксенские моряки сопровождали  корабль Эсперадора. Сопроводили до назначенного места и разошлись. И в шторм попали. А приступ  у меня случился от внезапного человеколюбия, милосердия и сострадания. Я подвержен этим добродетелям. И потом, Дитриху и так некуда распихивать весь мой улов.
Бешеный замолчал в ожидании нового витка вопросов, которые - он был уверен - еще последуют.

+1

9

Альмейда вздохнул и вдруг грохнул в стену кулаком. Тут же раздался дробный топот, и в дверь робко просунул голову молоденький корнет с круглыми глазами.

- Шадди господину вице-адмиралу.

Корнет скрылся – как волной смыло.

- Это хорошо, что постели разные, Ротгер. И что охрана - тоже хорошо. - Рамон готов был прозакладывать собственный флагман о том, что на охране для господ дриксенцев настоял Дитрих. - Но и без твоего человеколюбия в казематы бы, надо думать, столь важных птиц не отправили. Нашли бы, где разместить.

Первый адмирал задумчиво перебрал листы отчёта, потёр подбородок и уставился тяжёлым взглядом в окно. Золочёный кинжал вновь плясал между пальцев. Вальдес подробнейшим образом описал состоявшееся сражение. И вроде всё было логично: ну сдали у кого-то на борту "Верной звезды" нервишки, ну бахнули залп... А вот не стыковалось. Всё-таки бортовой залп линеала - это вам не пушка Курта Вейзеля. Там этих пушек... Что ж, у всего рассчёта бортового нервы сдали зараз? Неет, господа гуси-лебеди. Кто-то вам приказ отдал. Целенаправленно отдал. И что это, если не...

- Господа вице-адмиралы, а не кажется ли вам, что смахивает эта гусиная выходка на чистой воды провокацию, а?

Рамон посмотрел на подчинёных и, как обычно забывшись, с размаху всадил кинжал в стол перед собой.
Вошедший, как назло, именно в этот момент корнетик вздрогнул - кружки на подносе тренькнули одна об одну - поставил шадди на стол и поспешно ретировался.
Альмейда проводил его  озадаченным взглядом.

- Хулио, а что это за корнет? Запуганный он какой-то...

Отредактировано Рамон Альмейда (2013-04-12 01:10:45)

+1

10

- "Одна постель" стала бы совершенно новым и оригинальным методом дознания, - осклабился Хулио, решив расстаться со стеной кабинета альмиранте.
Но нападать на Ротгера больше не стал, так как несмотря ни на что, дельное тот все же сообщал, так что вице-адмирал Салина предпочел, опять же таки, обдумать то, что услышал.
- Слишком буйное поведение для сопровождения. Разве что они решили дать этот залп от переизбытка эмоций по поводу прощания со своими подопечными и случайно дали этот залп не туда. Странное буйство для гусей.
- Ну, для столь знатных гостей казематы - это и вправду слишком. Дом талигского вице-адмирала - куда более интересное место, - Хулио улыбнулся.
Уж слишком... веселой вырисовывалась вся эта история.
А тут еще и альмиранте кинжалом завертел. Все явно шло к чему-то интересному. Хм. Интересней всего на сей раз пришлось юноше, который явился с шадди для доблестного Ротгера-добытчика в момент обычных рамоновских упражнений. Ну, для них обычных, ибо о том, что думали по этому поводу менее привычные к подобным вещам люди, Хулио мог только догадываться (сочувственно догадываться).

Марикьяре проследил за не в меру поспешно захлопнувшейся дверью и пожал плечами.
- Альмиранте, все ваши подчиненные, конечно же, испытывают перед вами определенный трепет, не сомневаюсь, просто марикьяре с детства не научили его проявлять. А этот - марикьяре только наполовину.
Ветра и кошки! Зубоскальничанье Ротгера, похоже, оказалось заразным! А ведь так старался сегодня выглядеть посерьезней на его фоне. Вон, даже к Рамону попочтительней обратился. Ладно, надо перевести тему.
- Полагаете, гуси соскучились по нашим объятиям? - задумчиво обратился Хулио скорее куда-то в пространство кабинета, чем к присутствующим в нем собеседникам.

+1

11

- Я решил не рисковать, знаешь ли. А то вдруг особо ценные пленники недосчитались бы чего-нибудь? А так и мне спокойней и вообще. - сформулировать таинственное "вообще", которым он частенько обосновывал любые свои действия, Вальдес не успел. Альмейда затребовал для вице-адмирала шадди, в излюбленной манере шарахнув кулаком в стену, дабы вызвать из приемной корнета. Как от подобных упражнений еще не образовалась дыра в стене Ротгер не понимал. Хотя, наверное, это было бы удобно. Наверное, да...  Юноша получил распоряжение и испарился, аки Валтазар после четырехкратной молитвы, а Рамон, похоже, занервничал, потому как мельтешение кинжала в руках начальства ускорилось. И стало действовать на нервы уже Вальдесу.
- Как непосредственный участник событий,  я еще мог сначала списать  произошедшее на случайнеость, но, немного подумав, вынужден согласиться. Но, сдается мне, об этой провокации наш милый Вернер не знал ничего, иначе не стал бы улепетывать на всех оставшихся парусах. Потому как этот ммм... моряк, склонен атаковать только тогда, когда абсолютно точно уверен, что огрызаться выбранная жертва не будет. - Ротгер временно замолк, потому как вновь появившийся в кабинете Альмейды юноша притащил вожделенный шадди, и очень быстро исчез, кажется еще и жалобно пискнув на прощание. Но, может быть, показалось. 
- Так вот, - Ротгер сделал первый глоток, блаженно выдохнул и облизнулся, - сдается мне, что Хулио прав. Соскучились гуси. Ну, или это такой очень хитрый план, составленный и приведенный в действие для того, чтобы подсунуть нам Кальдмеера, ослабив тем самым флот Кессарии. Только кто ж его такой составил то? Это тебе не закишение вражеских кораблей ызргами.
Бешеный умолк, поглощенный  шадди.

0

12

- "Одна постель" стала бы совершенно новым и оригинальным методом дознания

Язва Хулио не мог смолчать, чем заработал строгий взгляд от альмиранте. Излишне живое воображение тут же подсунуло Рамону картинку, на которой Вальдес спал в обнимку с Ледяным, и картинка эта ему очень не понравилась. Альмейда сдвинул брови.

- Слишком буйное поведение для сопровождения.

Рамон согласно покивал головой и перевёл взгляд на Ротгера.

- Но, сдается мне, об этой провокации наш милый Вернер не знал ничего, иначе не стал бы улепетывать на всех оставшихся парусах.
- Ну, или это такой очень хитрый план, составленный и приведенный в действие для того, чтобы подсунуть нам Кальдмеера, ослабив тем самым флот Кессарии.

- Насчёт Вернера мысль здравая, тут ты прав. А вот план... Хм. Мудрёно. Я бы сказал, чересчур. Предпочитаю думать, что гуси и впрямь одурели от скуки.

Он усмехнулся.
- Объятия или нет, но повидаться с ними я бы не отказался. Но такие вопросы мне решать, увы, не по чину. Была б война - другое дело. А так придётся соберано писать. - Альмейда забарабанил пальцами по столу, заметил кинжал, вытащил его и убрал в ножны.

- А что Ротгер, господин Адмирал цур зее в сознании?

0

13

- Да, Хулио, я  в постели просто зверь. Ледяной бы все выложил, лишь бы только  я не пинал его восемь часов и не стаскивал  одеяло,  выталкивая с кровати. - Ротгер заржал и чуть не подавился шадди. Прокашлялся, недоверчиво глянул на кружку, от содержимого которой подобной подлости не ожидал,  и допил оставшийся шадди.  Впрочем, вскоре пришлось посерьезнеть. Вопросы решались нешуточные и лицедействовать было уже попросту глупо.
- Так может, на то и расчет? Мы подумаем, что это слишком закрученный план, откинем его. а на самом деле все так и есть...
Вальдес повертел в лпальцах пустую кружку, пристроил ее поверх каких-то бумаг на столе Рамона и почесал кончик носа. Вообще-то, здоров Кальдмеер уже был в той  самой степени, которая располагала к задушевным беседам и немножечко допросам, но поговрить с Олафом Ротгер жажадал первым. Просто потому, что хотел.
- Нууу... в принципе, Рамон, да. Взгляд осмысленный, память и речь не нарушены. В обморок посреди разговора не валится. А когда ты с ним хочешь поговорить?

0

14

Вальдес умудрился умостить кружку точнёхонько на прошение Бреве о повышении расходов на обеспечение. Прямо по центру листа, как нарочно. Лицедей. Впрочем, тон вице-адмирал наконец сменил на серьёзный, и это не могло не радовать.

- А когда ты с ним хочешь поговорить?

- А вот не знаю пока. - Альмейда переставил ротгеровскую кружку подальше от бумаг, зачем-то заглянув в неё по ходу дела. - Вот сидели бы они... где положено, мне не пришлось бы графики выстраивать. А так... в чужой дом без приглашения и не войдёшь.

Рамон побарабанил пальцами по столу и исподлобья взглянул на Вальдеса. В глубине зрачков пряталась хитринка.

0

15

- Если о провокации не знали ни Вернер, ни Кальдмеер, тогда я совсем ничего не понимаю, - пожал плечами Хулио. - А когда я не понимаю, я говорю, что мне кажется, будто все вокруг слишком нарываются, и особенно это касается гусей, - нехорошо улыбнулся вице-адмирал.
Думать о том, кто желал доблестной кесарии столь незавидной участи, которой она подвергалась, лишаясь Кальдмеера, было неохота, тем более, не его, марикьярское, это дело. Его дело, как и его ребят, как и Ротгера, - воевать и побеждать. Хулио склонен был согласиться, что дать решать это Алве, как и положено, - было отличнейшим планом.

Тем временем, Ротгер взялся развивать премилую тему постельных взаимоотношений, отчего, похоже, рассмешил сам себя. Хулио честно собирался поддержать его в веселье, когда досадное происшествие с чашкой шадди вызвало у него взрыв хохота гораздо более искренний.
Несколько успокоившись (а он это умел делать быстро), Салина снова заговорил:
- Я так полагаю, пленников стоит допрашивать по отдельности? - Хулио взглянул на альмиранте. - Так будет легче вывести их на чистую воду, если темнить начнут.

0

16

На хитрый взгляд Рамона Вальдес ответил кристальной честности взором. Да тетушка Юлианна, увидев  такое в глазах своего племянника, мигом помчалась бы проверять, на месте ли дом. Потому как простые шалости таким невинным взглядом не маскировались.
- Рамон, - В придачу к взгляду, исполненному кротости и невинности, Ротгер еще и жалобно вздохнул, -  ну разве я для тебя чужой? Мой дом - твой дом, мое вино - твое вино, мой пленный... мой пленный. Но допросить - всегда пожалуйста. Заходи, под шадди потреплемся.
Вальдес сцедил зевок в кулак  и снова разулыбался.
- Хуууулио, ты собираешься допрашивать господина родича кесаря? Я хочу это видеть! Но с другой стороны я хочу слышать беседу великих флотоводцев нынешнего Круга, так что я  огорчен.

0


Вы здесь » Талигойский лабиринт » Хексберг » Отчет о рейде [23 О. М. 397 КС; доступ свободный]