Талигойский лабиринт

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Талигойский лабиринт » Дриксен » Зимний вечер [18 З.С. 398 КС, вечер; доступ: участники]


Зимний вечер [18 З.С. 398 КС, вечер; доступ: участники]

Сообщений 1 страница 23 из 23

1

Название: Зимний вечер
Краткое описание: Эрик Шпрейденбург в гостях у Александра Йонга. Ничего официального: хорошее вино, интересная беседа. Обычное времяпрепровождение для двух достойных дворян.
Место: Комнаты Александра Йонга
Время: 18 день З.С. 7 часов. Поздний вечер
Участники: Эрик Шпрейденбург, Александр Йонг
Доступ на чтение: участники

Отредактировано Александр Йонг (2012-06-13 16:52:07)

0

2

Настенные часы важно пробили девять.
Александр придирчиво оглядел безупречно сервированный на двоих стол, запыленные бутылки, бокалы, в тонком стекле которых ломался свет от изрядного количества свечей. Никакой роскоши и излишеств: лакей подаст легкий ужин, а потом хозяин, и гость отдадут должное вину - весьма неплохому.
Гость... Адьютант принца Фридриха сам написал Александру, учтиво испросив разрешения на визит. Разумеется, не служебный, а товарищеский.
Интересно, действует Шпрейденбург по собственному почину, или по указанию Тайной канцелярии? Ответа у Александра не было.
В любом случае, вечер обещал быть занимательным: Шпрейденбург казался человеком интересным.

Отредактировано Александр Йонг (2012-06-13 16:52:56)

0

3

Мерзкая погода, тяжелая служба, вино и разбитое сердце всегда были плохими советчиками, а потому дворянин, топтавшийся у дверей особняка и обдуваемый всеми ветрами, крайне мало напоминал  подтянутого молодого человека, которого столица знала как адъютанта Его Высочества принца Фридриха.
- Мерзавец и психопат, - помянул непосредственное начальство Шпрейденбург, прикладываясь кулаком о дверной косяк и оставляя на нем следы крови. - А я идиот...
Годы, потраченные на то, чтобы заслужить расположение венценосного негодяя, теперь казались прожитыми зря, а сам он ощущал себя ничтожным и никому не нужным, может, потому и бросился искать успокоения души в "Мечте охотника" - низкопробном заведении, которое и при желании-то не назовешь трактиром.
Вино оказалось паршивым, отбивная горелой, компания парней за соседним столом слишком шумной и подталкивающий взяться за шпагу. Решив в конце концов, что башмачник, отмечающий с друзьями завтрашнюю свадьбу, никоим образом не виновен в его, Эрика, дурном настроении, Шпрейденбург попросил у хозяина бумагу и чернила. Мысль была шальная, ну да чем Леворукий не шутит, наскоро нацарапав записку и вручив трактирщику пару монет, молодой человек велел доставить письмо по означенному адресу и, не дожидаясь ответа, направился пешком к знакомому особняку, о косяк двери которого и сбивал теперь кулаки.

+1

4

- Господин, к вам посетитель...

Лакей выглядел растерянным. Интересно, почему?

- Господин Шпрейденбург? Так пусть войдет! Я его жду.

Лакей замялся.

- Было бы лучше, если бы вы сами спустились, барон...

Да что же там такое? Александр - весьма заинтригованный - вышел вслед за лакеем, быстро спустился по лестнице  в холл. Из-за дверей слышался странный стук. Йонг помедлил мгновение, а потом резко открыл дверь.

В уютное спокойствие основательного дома, второй этаж которого снимал Александр, немедленно ворвалась метель: завывающий белый вихрь. Сквозь пелену роящихся снежинок проступали очертания темной фигуры. Так. Все ясно. Одного взгляда хватило, чтобы понять: адьютант Его Высочества пьян. И, кажется, пьян с горя. Что же, сегодня Йонг готов был его понять.

- Господин Шпрейденбург! - проговорил Александр, ничем не выдавая удивления и словно не замечая состояния гостя. - Я вас ждал и рад вам. Проходите в дом, - он настойчиво сжал предплечье молодого человека, отрывая того от притолоки. Отблеск свечи осветил блестящие красные потеки на костяшках правой руки Шпрейденбурга.

- Ох! У вас кровь. Вы, верно, случайно поранили руку? Идемте же, зальем рану касерой.

Отредактировано Александр Йонг (2012-06-20 22:08:14)

0

5

Воспоминание о тонком шраме на холеной щеке заставило обрушить еще один удар на внезапно открывшуюся дверь. Кулак пронесся рядом с ухом хозяина дома.
- Простите, барон, - гость заметно смутился.
Йонг не высказывал ни малейшего недоумения ни по поводу его визита, ни по поводу состояния, а он еще машет кулаками вокруг светлого чела королевского секретаря. Пристыженный Эрик позволил ввести себя в дом.
- Касерой надо заливать не руку, а душу, - вырвалось непроизвольно. - Впрочем, простите, зря я, наверное, пришел.

0

6

Александр с привычной легкостью увернулся от кулака, пролетевшего в опасной близости от его уха. Если ты младший среди выводка из одних мальчишек, подобным вещам учишься очень рано. Уголок рта Александра дрогнул. Подумать только: если бы он знал тогда, смертельно обижаясь на старших братьев, что будет вспоминать о прошедшем времени так...

- Замечательно, что пришли, - Александр решительно ухватил Шпрейденбурга под локоть и повлек по лестнице. - Хотя касеру я все-таки оставил бы для царапины. А ссадины душевные будем заливать хорошим вином. Оба.

+1

7

- Оба? - Взгляд Эрика приобрел подобие осмысленности. Выходит, у Йонга тоже неприятности? - Так я не вовремя?
Или вовремя? Общество врага друга или друга врага иногда хоть и кажется неуместным, все же стократ желанней тягучей тишины,  которую тревожным звоном раскалывают они... Мысли.

0

8

Александр невесело скривил уголок рта, чуть заметно склонил голову, давая понять, что догадка верна.

- Вы очень даже вовремя, - заверил он и легонько надавил на плечо Шпрейденбурга. - Садитесь же! Сейчас займемся вашей рукой.

Александр отошел, чтобы извлечь из резного шкафчика плоскую флягу, обильно смочил резко пахнущей жидкостью кружевной платок и, не медля, склонился к гостю. Одной рукой сжав запястье поверх жесткой ткани мундира, другой Александр прижал платок к кровоточащим костяшкам пальцев Шперйденбурга.

Что же за неприятности постигли адьютанта Его Высочества?

0

9

Взашей его не выгнали, сесть предложили, что ж, незваный гость, пожалуй, и впрямь может остаться. Эрик бросил плащ на спинку кресла и привалился к оному спиной, усевшись на полу у камина.
- Такого невоспитанного гостя у королевского секретаря наверняка еще не было, - мрачно усмехнулся Шпрейленбург, переводя взгляд на саднившие костяшки. - Ааа... Ерунда.
Быть с кем-то рядом, пусть даже почти незнакомым было сейчас спасением. Он и не думал, что воспользуется приглашением барона, а теперь... Но что же случилось с хозяином? Адъютант слишком долго ставил интересы другого человека - Фридриха- превыше своих, что и сейчас не мог не заметить, что господин Йонг чем-то расстроен, но едва только задумался, имеет ли он право поинтересоваться, что же случилось, как был вынужден стиснуть зубы - касера жгла немилосердно.

0

10

Шпрейденбург стиснул зубы: касера, конечно же, жгла рану.

- Больно? - участливо спросил Александр, отнимая от раны платок. - Зато не загноится.

Гость предпочел усесться не в кресло, а на полу, возле камина. На миг резануло воспоминанием. Он тоже любил сидеть так...

- А теперь будем лечиться напитком более благородным,
- сказал Йонг, подцепил со стола бокалы и бутылку и  опустился на пол, рядом с гостем. -
Пожалуй, так будет даже уютнее.

0

11

- Больно, - думая о чем-то другом, согласился гость.
Пальцы до побеления костяшек сжимали ножку бокала. Уходить не хотелось. Здесь в чужом доме, у чужого камина боль и ярость, бушевавшие в душе, начали немного утихать. Нет, лучше не стало, но теперь Эрик хотя бы точно знал, что не бросится со шпагой на случайного прохожего, не затеет драку в таверне, может быть, даже не напьется.  Завтра надо быть на службе, желательно на своих ногах, - мелькнула здравая мысль, не исключено, что последняя за вечер.
В Тайную Канцелярию возвращаться не хотелось, не сегодня. Вечер он проведет здесь, ночь - шатаясь по улицам столицы в слабой надежде выветрить остатки хмеля и липкие, словно смола, думы. Хорошо, что сейчас рядом барон. Эрик положил здоровую руку Йонгу на плечо.
- Спасибо. Честно сказать, не ожидал, что застану вас дома.

0

12

Жест Шпрейденбурга, пожалуй, можно было счесть фамильярным, но Александру он не претил. Он сделал глоток вина и, с мягкой улыбкой глядя в глаза молодого человека, спросил:

- Отчего же не ожидали?

0

13

Здесь было комфортно и уютно и вызвериться на окружающих подобно начальству больше не тянуло. Раньше он не замечал за собой жестокости, но сколько, сколько всего незаметно перенял у принца. Улыбка, больше похожая на гримасу, тронула губы.
- Вы слывете интересным собеседником, к тому же служба у кесаря может требовать на некоторых приемах и аудиенциях...

0

14

Александр невинно улыбнулся. Адьютант был... интересным юношей.

- О, да. Служба у кесаря может потребовать многого, - Александр заправил за ухо упавшую на лоб прядку. - Как и служба у Его Высочества, полагаю?

Шпрейденбург, скорее всего, знал об унизительном задании Его Величества. Ну и ладно!

0

15

Разговоры о Фридрихе и службе вынуждали Эрика немедленно уйти, но  вот только он попытался подняться, комната предательски закачалась перед глазами. Пришлось вновь сесть на пол, делая вид, что он всего лишь хотел устроиться удобнее.
- Вы правы, - рассказывать о происшедшем он бы ни за что не стал. - Политика, знаете ли, вообще вещь утомительная.
В закулисных играх первых лиц кесарии в первую очередь страдают их приближенные, и оба это прекрасно знают.

0

16

- О, да! - охотно согласился Александр, ладонью слегка надавливая на плечо Эрика. Чтобы сидел и не пробовал больше вставать.

Замечание о начальстве заставило Шпрейденбурга подскочить. Правда, неудачно: он вновь плюхнулся на пол.
Неужели Шпрейденбург заподозрил Александра в желании что-то выпытать у него? Йонг усмехнулся собственным мыслям. Даже реши он  сделать это, он бы не действовал настолько неуклюже. Не Вилльбуа же он, в конце концов. Воспоминание о после отозвалось саднящей тоской. Сегодня, на изрядно вымотавшем Александра музыкальном вечере кесаря, рыжеволосый посол казался совсем чужим. Как будто не было ничего. Хотя, и впрямь не было. Впрочем, сейчас рядом был совсем другой человек. Очевидно пребывавший в расстроенных чувствах.

- Вы, должно быть, голодны? - догадался Александр. - А знаете, давайте перекусим прямо на полу. Отличная мысль. Будем, как шады!  - он широко улыбнулся и легко поднялся, стал накладывать на тарелки ломтики буженины, перепелиные яйца и овощи.

0

17

Голова постепенно прояснялась, и Шпрейденбург наконец-то понял, насколько он голоден. Последний раз он завтракал в канцелярии, да и прогулка по свежему воздуху потере аппетита не способствовала, а уж на последний адъютанту и раньше жаловаться не приходилось.
- Тогда мы будем самыми странными шадами, забравшимися за какими-то закатными тварями на завывающий метелями север, - Эрик мрачно усмехнулся.
Им только и остается, что говорить о погоде - даже будучи в столь странной ситуации, подозрения никуда не делись. Разве что, быть может, ослабли, но гость все равно оставался соглядатаем Фридриха, а хозяин продолжал быть под подозрением.
- Благодарю, не откажусь.
Еще бы, он сейчас бы подметки сапог сжевал, но что заставляет барона быть столь любезным? Взрослый человек, к которому к ночи завалился мальчишка да еще и, что греха таить, малость не в себе. Или таков и есть настоящий Йонг? С нарастающим изумлением и восхищением во взгляде Эрик созерцал стоящего напротив мужчину, запоздало осознав, что хорошо бы помочь с ужином.

0

18

- Вот и прекрасно!

Александр подал Шпрейденбургу тарелку и вилку, положил себе наугад какие-то овощи, пару ломтиков мяса. Есть не хотелось, но надо же было поддержать гостя.
С очаровательной непринужденностью Йонг опустился на пол, и впрямь, как шад, подобрал под себя ноги, отсалютовал бокалом:

- Пусть все беды исчезнут, - он улыбнулся открыто и чуть мечтательно. - И скорее наступит весна. Вы знаете, мне кажется, что климат определяет характер. Северяне привыкли терпеть и выжидать, а потом хранить подарки судьбы. Южане этого не понимают: чересчур скоро загораются и также быстро остывают.

По лицу Александра скользнула едва заметная тень.

0

19

Южане... Вот уже несколько лет все они вспоминают при этих словах одного человека,  одним своим существованием так или иначе, угрожающий границам кесарии - факты подтверждали, что талигский маршал - величайший полководец своего времени...
И чего только в голову лезет, - тотчас же безмолвно одернул себя Шпрейденбург, чувствуя, что вслед за мыслями о чужих победах вернутся собственные честолюбивые мечты. На них он сложил несколько лет жизни, так ничего и не добившись. Принц Фридрих все еще продолжал  оставаться мерзавцем и психопатом, но подлецом и бездушной скотиной быть уже перестал. Эрика накрыла волна запоздалого раскаяния. - Его Высочество сам не волен в своих поступках. Это болезнь, с ней ничего не поделать, и сейчас, может быть, он нуждается во мне...

- Да, пожалуй, - в ответ поднял бокал Эрик, серьезно глядя на хозяина дома. - Простите, я задумался. И тем не менее,  скорые перемены в настроении южан хотя бы избавляют от их холодного презрения. - Единственный южанин, с которым Эрику довелось общаться, был маркизом Салиной, а уж мальчишка никак не напоминал чванливого вельможу. Интересно, чем насолили кэналлийцы Йонгу? Или... Связь с послом, которая так заинтересовала Тайную Канцелярию, тоже могла быть причиной. - Впрочем, я почти не имел дела с южанами....

Хотевший было уйти адъютант, на время притих.  Одна часть сознания рвалась к предательски оставленному принцу, другая безмятежно жевала мясо, наслаждаясь загадочными, но от того не менее приятными речами, а сам молодой человек чувствовал себя так, словно в его голове резвилась свора гончих, но теперь в Эрике заговорило еще и природное любопытство.

Отредактировано Эрик Шпрейденбург (2012-08-21 19:48:34)

0

20

Александр мягко улыбнулся:
- Вопрос: что хуже. Обещание, данное вспыхнувшей ненадолго страстью, или честное презрение, которое не дает ненужных надежд.

Он сделал глоток вина, отправил в рот ломтик мяса. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять, о чьем холодном презрении говорит Шпрейденбург. Мальчик еще не понимает, что пренебрежение высокородного начальника - большая удача.

- Во втором случае рано или поздно внимание сосредоточится на ком-то другом. Наверняка более благосклонном и отзывчивом к чужому расположению.

Отредактировано Александр Йонг (2012-10-06 18:54:28)

0

21

Что лучше, Эрик не знал. Он вообще мало что понимал в этом странном вечере и не менее странном визите. Если бы Фридрих поручил следить ему за подозрительным секретарем, его, адъютанта, поведение еще можно было как то объяснить, а так...
- Наверное, вам лучше знать.
Привычка соглашаться с начальством проявилась в самый неподходящий момент. Теперь барон еще подумает...А, кошки с тем,что подумает барон, хуже, чем сейчас уже вряд ли что-то можно представить. Шпрейдинбург мрачно усмехнулся.
-Представляю, как выгляжу в ваших глазах, сударь. Простите.
Извинение вышло наивным, почти мальчишеским. Так мог признавать свои ошибки десятилетний Эрик, напугавший мать побегом в городок близ замка, но никак не адъютант Его Высочества, и все же предательских ноток в голосе скрыть не удалось.

0

22

- Сударь, уверяю вас. Вы выглядите весьма достойно, - серьезно сказал Александр. - Как расстроенный чем-то человек, который достаточно силен и свободен, чтобы не скрывать своего огорчения. Все бывает невесело, - проговорил он, глядя в огонь. - Но люди по-разному справляются с этим. Некоторые срывают злость на других - часто тех, кто их любит, другие падают в дела с головой, как в омут. И только немногие честно признаются себе в том, что им плохо. Они как раз оказываются правее других. Из раны надо выпустить гной, чтобы она зажила.

Нехитрое знание, применить которое ему самому никогда, пожалуй, не удавалось. Только один раз, но вспоминать о нем не хотелось.

- Выпейте вина, господин Шпрейденбург. И скажите: я могу помочь вам хоть чем-то?

Странно, мальчишку- откровенно и сейчас глубоко несчастного -  впрямь было жаль. Возможно потому, что сам Йонг таким никогда не был, перескочив из отрочества сразу в ожесточенную, горькую зрелость.

0

23

Несколько глотков вернули прежнее состояние. Даже хуже, пламя в камине стало предательски расплываться, очертания хозяина тоже. Возвращая возможность мыслить более-менее здраво, Эрик потряс головой, с ужасом осознавая, как же она будет болеть наутро. В последний раз он напивался в восемнадцать, но тогда это было вино победы, ныне - разочарования, и оттого, что Йонг хоть и тактично, но пытается его утешить, становились еще горше.
- А знаете, барон, вы правы, - поискав взглядом бокал и не найдя оного, гость приложился к бутылке. - Какие бы нам ни преподносила сюрпризы судьба, наше дело - встретить их достойно! Сдаваться нельзя!
Шпрейденбург воинственно потряс вином, словно и впрямь кому-то угрожал, но противостояла ему разве что колеблющаяся комната, норовящая окончательно распластать  по полу. Интересно, хозяин с ней в сговоре? Дабы избежать позорного поражения, Эрик растянулся на плаще, пристально глядя на Александра снизу вверх. Обретение этого подобия уверенности позволило вернуться к разговору.
- Благодарю, помочь мне теперь может разве что счастливый случай в который я, надо сказать, не верю. Вы же барон, сделали для незваного пришельца итак немало и даже больше, чем немало меня обязываете.

0


Вы здесь » Талигойский лабиринт » Дриксен » Зимний вечер [18 З.С. 398 КС, вечер; доступ: участники]