Талигойский лабиринт

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Талигойский лабиринт » Королевский дворец в Олларии » День рождения Её Величества: Тронный зал [14 В.С. 398 КС; свободный]


День рождения Её Величества: Тронный зал [14 В.С. 398 КС; свободный]

Сообщений 1 страница 30 из 97

1

Название: День рождения Ее Величества: Тронный зал
Краткое описание: церемония в Тронном зале; поздравления послов, делегаций от провинций и гильдий; закулисные интриги.
Место: Тронный зал королевского дворца.
Время: 14-й день Весенних Скал 398 г. КС
Участники: Катарина Леони Оллар, Фердинанд Оллар, Квентин Дорак, Рокэ Алва, Ричард Окделл, Август Штанцлер, Лионель Савиньяк, Эмиль Савиньяк, Арлетта Савиньяк, Констанин Манрик; другие гости.
Доступ на чтение: свободный

0

2

На входе в Тронный зал с августейшей четой поравнялся перебиравший гранатовые четки кардинал Сильвестр.

Шествие остановилось на покрытом ковром возвышении, с которого открывался великолепный вид на зал, без сомнения, бывший гордостью создавшего дворец архитектора. Высокий, полупрозрачный купол поддерживали два яруса белоснежных колонн, разделенных легкой галереей, обнесенной кованой серебристой оградой, столь изящной, что снизу она казалось кружевом. Паркет был украшен великолепным в своей изысканности и простоте орнаментом. Мастер, использовав древесину, наверное, всех известных ему деревьев, добился невероятной плавности цветовых переходов. Между колоннами висели изящные люстры, казавшиеся невесомыми, хотя на них ушло немало хрусталя и бронзы.

Их Величества уселись в обитые бархатом вызолоченные белые кресла, кардинал занял черное. Кансилльер и Первый маршал встали за спиной Фердинанда, а оруженосец Алвы, судя по всему по-прежнему не зная, что ему делать, придвинулся поближе к маршалу. Впереди маячили послы иноземных держав, за ними толпились аристократы.

Герольд в черно-белом парадном одеянии выступил вперед и торжественно начал приветственную речь: Его Величество король Талига Фердинанд Оллар выражал свое благорасположение к собравшимся.

0

3

Граф Лионель Савиньяк занял своё место в свите за спинами Их Величеств. Взгляд капитана королевской охраны скользил по Тронному залу, проверяя, всё ли в порядке.
Послы со всех Золотых земель выстраивались в очередь, чтобы поздравить королеву Талига от лица своих правителей. Ждали своего часа делегации провинций и представительства городских гильдий. Придворные и военные заполняли места, предназначенные для дворян. Королевские гвардейцы выстроились вдоль стен, зорко следя за всем происходящим.
Всё шло своим чередом.

0

4

Герцог Алва уголками губ улыбнулся поравнявшемуся с процессией Его Высокопреосвященству. Тому, кажется, выпало счастье провести некоторое время в обществе кансилльера.

Рокэ краем глаза взглянул на Штанцлера, делившего с Первым маршалом место за спиной Его Величества. Потом скосил взгляд на придвинувшегося к нему оруженосца. Окделл явно не имел понятия, что и как делать, но держался молодцом, а незнание придворного этикета казалось скорее милой неискушенностью, чем оплошностью.

Герольд начал приветственную речь Его Величества, послы выстроились, чтобы произнести заранее известные им и едва ли не всем присутствующим слова поздравлений. Рокэ бросил взгляд на капитана королевской охраны. Лионель был спокоен. Все шло, как обычно.

Отредактировано Рокэ Алва (2012-03-14 19:21:14)

0

5

Дворцовые приемы Эмиль любил ничуть не больше, чем матушка. Поэтому во дворец они не спешили, появившись в тронном зале совсем незадолго до выхода Их Величеств.
Вежливо раскланиваясь со знакомыми, Савиньяк с матерью и следовавшим за ним оруженосцем затесался в толпу придворных, найдя себе место под галереей, где было поменьше народу.
Появились Их Величества, торжественно разместились на тронах. Герольд затянул поздравления от Его Величества Её Величеству. Эмиль не прислушивался. Он рассматривал свиту, ища глазами брата. Точнее, обоих братьев. Арно должен был сопровождать своего сеньора, а герцог Придд едва ли пропустит день рождения Её Величества.

0

6

Огромное прохладное пространство Тронного зала слегка отрезвило Ричарда. По крайней мере, он осознал, что стоит за спиной Алвы — правда, почему-то слева, а не справа; он осторожно повернул голову, прикидывая, не получится ли незаметно переместиться — и окаменел. Рядом с Вороном стоял эр Штанцлер; он смотрел в зал, но Дикон мог не сомневаться — хмурая морщинка между бровями кансилльера вызвана именно встречей с ним; какой позор, ведь он так и не успел добраться до эра Августа, объяснить ему все...

Дикон побледнел. «Я хотел убить его!» — мысленно крикнул он воображаемому Штанцлеру. — «Я всего лишь хотел подняться на галерею и ударить кинжалом, кто же виноват, что меня укусила крыса, и что рука не работала, и что Алве достаточно было только посмотреть...» Ричард закусил губу. На лице Ворона цвела скучающая, привычная уже полуулыбка; снова жарко дохнули внутри все эти сны, слова, стихи...

Дикон вспыхнул, резко поворачиваясь к залу; скользнул невидящим взглядом по лицам — и вдруг увидел эра Килеана; за его плечом стоял Эстебан. «Монсеньор уже просил вас попозировать?» — вспомнился ненавистный голос; заныло уже почти зажившее плечо. "Впрочем, — Ричард неприятно ухмыльнулся, — теперь понятно, откуда у вас такие фантазии, маркиз Сабве. Эр Людвиг уже посвящал вам стихи?"

Он перевел взгляд на стоящего рядом Ариго и с него — на Валентина. Граф Васспард держался с бесстрастным изяществом; Ричард подумал, что ему стоит взять с него пример, и тоже выпрямился, напуская на лицо самую холодную маску. Ну и что, что эр Штанцлер стоит так близко, и его взгляд (хотя он не смотрит) словно бы вонзается в висок.

Ну и что, что Алва, что королева, что леопард...

Бесстрастная маска сползла с лица Дикона, особенно не задержавшись. Как он устал... А ведь впереди еще несколько часов...

0

7

Тронный зал уже наполнился людьми. Желающие выразить свое дипломатическое почтение послы, охочие до новых впечатлений дворяне. И все та же скучающая помпезность.
Королевская чета, а с ними кардинал заняли свои места в креслах на возвышении, Первый маршал и Штанцлер - за спиной короля. Ричард Окделл менялся в лице каждое мгновение, не переставая при этом хлопать глазами. Супрем поморщился. Неумение юного надорского герцога держать себя  в руках стало уже очевидным и сулило немалые проблемы, если не придумать, как это использовать.
Герцог Придд мельком бросил взгляд на сына, стоящего за плечом графа Ариго. Увиденное его полностью устроило. Валентин держался как и подобает наследнику древнего рода: спокойно и с достоинством, по контрасту со своими бывшими однокорытниками. Кстати об оруженосцах. Можно было даже не оборачиваться для проверки, чтобы с уверенностью утверждать, будто виконт Сэ в данный момент мечется между ненавистью к своему сеньору и желанием провалиться сквозь землю.
Вальтер вполоборота повернулся  к супруге и тихо произнес:
- Интересно, какие сюрпризы преподнесет этот день помимо выходки герцога Алвы?

Отредактировано Вальтер Придд (2012-03-21 18:18:05)

0

8

Юный Ричард стоял за спиной своего сеньора, и выражение его лица явно говорило о том, что герцог Окделл занят какими-то мучительными переживаниями. Лучшего момента не найти, ведь на них никто сейчас не обратит внимания.

Август Штанцлер дождался, когда юноша вновь затравленно посмотрит на него, и поманил его пальцем к себе.

0

9

Ричард сглотнул. Сделать вид, что не заметил? Нет, это малодушно. Он сглотнул еще раз, посмотрел себе под ноги, Алве в спину, дождался особенно патетичного завывания герольда и шагнул к Штанцлеру.

0

10

- Ричард, мальчик мой, - встревоженно прошептал граф Штанцлер. - Я знаю, что тебе многое надо мне рассказать. Еще больше я должен поведать тебе. Но прошу тебя сейчас только об одном - будь очень, очень осторожен сегодня. Манрики давно зарятся на Надор.  Эта дуэль... не спрашивай, откуда я про нее знаю, есть еще в этом гнезде порока и зла искренние и честные люди. Эта дуэль была лишь способом тебя убрать, ведь эти навозники заодно друг с другом. И твоя сестра... У меня сердце сжимается от ужаса перед ее участью. Стоит тебе погибнуть - и за обладание ею, а значит и Надором, сцепятся еще над твоим телом. Ричард, ты не задумывался, почему Савиньяки так упорно не отпускают Айрис из своего дома?

Штанцлер говорил, склонившись к Ричарду, так, чтобы никто из стоящих рядом не мог их услышать.

0

11

Дикон обомлел. Во-первых, половину бормотания Штанцлера он не расслышал, во-вторых, другой половины хватило, чтобы потерять почву под ногами. Манрики? Убрать? Эр Август не злится?!

Ч-что? — заикаясь, прошептал он.

Отредактировано Ричард Окделл (2012-03-21 21:41:23)

0

12

Алве хотелось откровенно рассмеяться и, пожалуй, похлопать в ладоши. Нет, этот мир, положительно, сошел с ума.
Дражайший кансилльер, по-видимому, окончательно потерял надежду заполучить оруженосца Первого маршала для внушения и сейчас вопиющим образом нарушал все мыслимые приличия, перешептываясь с явно растерявшимся Окделлом во время торжественной церемонии, на глазах у двора. Суть слов кансилльера Рокэ не интересовала - он в общих чертах представлял, что может напеть Ричарду Штанцлер. Но вот место и время, выбранные для разговора...

Удержаться от реплики было невозможно, и Рокэ, едва заметно обернувшись, бросил на Штанцлера быстрый взгляд, удивленно поднял бровь, проговорил тихо:
- Вы, кажется, решили оспорить у меня звание безумца, граф? Перешептываться у трона короля с очаровательными юношами - это так мило. Я восхищен! - и, одарив кансилльера с оруженосцем сияющей улыбкой, вновь неподвижно выпрямился за спиной Фердинанда.

Отредактировано Рокэ Алва (2012-03-21 22:58:32)

0

13

Церемония, как и любое придворное действо, обещала быть столь же длинной, сколь и скучной. Рядом раздавалось шушуканье и хихиканье, - фрейлины тихо обсуждали гостей и убранство зала. Ирэна предпочла воспользоваться возможностью присмотреться к придворным, отмечая произошедшие изменения. Все же быть фрейлиной Ее Величества весьма… полезно. Мало кто обратит внимание на одну из многих девушек и женщин, окружающих королеву.  Виконтесса прикрыла улыбку веером.

Отредактировано Ирэна Альт-Вельдер (2012-03-25 14:56:00)

0

14

- Отрадно видеть, что Вы заботитесь о чести и безопасности Вашего оруженосца, герцог, - бросил в спину отвернувшемуся Рокэ Штанцлер. - А заодно и о моем здравом уме. Стареете, господин Первый маршал, становитесь сентиментальны.
Однако, как ни прискорбно, Алва был прав. Он вынужденно выбрал совсем не лучшее место для разговора. И если на их перешептывание обратил внимание Ворон, могут и другие. Совершенно ни к чему привлекать всеобщий интерес к их с Ричардом общению. Зерно брошено, пища для размышлений и подозрений дана, а дальше пусть домыслит сам. Молодому человеку с такой фантазией, как у Окделла, лучше подбрасывать намеки и недоговорки. Дальше он справится сам, да так, что захочешь - не придумаешь лучше.
Этот разговор они продолжат, разумеется. В другое время и в другом месте. А пока - пара напутственных слов напоследок.
- Увы, мой мальчик, я не могу сейчас рассказать тебе всего. Но мы обязательно скоро увидимся и поговорим. Сейчас же я прошу тебя об осторожности. Помни, здесь заправляют наши враги, и ты почти беззащитен. Твой эр, как ты сам понимаешь...
Штанцлер многозначительно замолк и демонстративно отодвинулся, давая понять, что на данный момент разговор окончен.

0

15

На подходе к тронному залу к свите Её Величества пристроились еще несколько дам и фрейлин.
Заняв своё место среди придворных дам и фрейлин сбоку от сидящей на троне королевы, Гизелла принялась рассматривать придворных. Их было много, и девушка прекрасно понимала, что пытаться разглядеть и сделать выводы относительно всех ей не удастся, поэтому сосредоточилась в первую очередь на тех, кто стоял за троном, и на "курятнике". То есть, простите, свите Её Величества.
За троном происходила какая-то возня. Плотный пожилой человек подозвал к себе Ричарда Окделла и что-то поспешно ему нашептывал с самым озабоченным видом, нарушая при этом все правила приличия. Ричард что-то ответил. Затем к двоим болтунам повернулся герцог Алва, после чего пожилой человек, судя по всему, кансилльер, экстерриор или геренций, бросил еще что-то и отступил, закончив разговор. Впрочем, предположить, что графу Рафиано или графу Гогенлоэ понадобилось срочно переговорить с Окделлом, было глупо. Ричард выглядел встревоженным и ошеломленным.
Зель подумала, что сообщать волнующие известия юноше, так скверно владеющему своим лицом, посреди столь важной церемонии - достаточно глупый и опрометчивый поступок для того, кто желает ему добра.
Затем юная фрейлина переключила своё внимание на прочих фрейлин. Её внимание особенно привлекла троица, державшаяся заметно вместе. Две молодые девушки и женщина средних лет с роскошными волосами. По-видимому, дуэнья или мать девиц. Впрочем, при ближайшем рассмотрении Гизелла уверилась, что девицы не сестры. Одна из них слишком напоминала всё того же Ричарда Окделла... Сестра? Но что она делает в столице? Даже если Ричард сразу после Фабианова дня добился для сестры фрейлинского патента, во что верилось с трудом, если учесть, что сам он глава опального рода, лишь прихоти Алвы обязанный тем, что не был с позором отправлен домой, она бы просто не успела собраться и доехать до столицы так быстро. Значит, ко двору её приставил кто-то другой? Но кто и зачем? А может, она ошиблась? Может, сходство ей только померещилось? Нет, с этой девицей непременно следует свести знакомство.

0

16

Пройдя через анфиладу парадных залов, Айрис вместе с Луизой и Селиной присоединились к свите Ее Величества.
Держать спину ровно. Не сбиться с дыхания. Мысли метались перепуганными птицами. Платье, выбранное графиней Савиньяк, было непривычно тяжелым и сдавливало грудь. Какой-то маленький, но неприятный камушек, недоброй волей попавший в атласную туфельку, беспощадно натирал ногу. Видя свое отражение, пролетающее в зеркалах, Айрис чувствовала себя чужой и незнакомой. Только бы не сделать какую-нибудь глупую ошибку!
Никогда она не чувствовала себя такой маленькой и неуклюжей. Даже в мрачном Надоре, который, казалось, пропитан всепоглощающим трауром. Даже под тяжестью взгляда матушки. Матушка! О Создатель, она же в столице! Только бы ее не было в зале. Только бы не встретиться с ней сейчас.
  Айрис, стараясь сохранять рамки приличия и этикета, высматривала среди гостей Ричарда. К счастью, это оказалось несложно. Он стоял рядом с каким-то полным и неприятным мужчиной, и если она хоть что-то понимала, то он сообщил брату новость, от которой тот изменился в лице.
Как будто нарочно, камушек опять напомнил о себе. Не хватало во время торжественного приема хромать, как старая лошадь. Айрис огляделась по сторонам. Отодвинув портьеру, она обнаружила нишу, в которую нырнула, чтобы быстро снять туфельку.

0

17

Селина запуталась в мыслях и эмоциях от окружающего великолепия. Все это пышное убранство парадной залы; прекрасные дамы в нарядах и драгоценностях, которые наверняка стоят целое состояние, а то и два; военные и аристократы. А на возвышении - королевская чета. Ее Величество - такая хрупкая и особенно прекрасная в свой день рождения.
Девушка невольно замерла в восхищении... Смела ли она когда-либо мечтать, что увидит это все своими глазами, и так близко.
"Это все сон... Точно... Я сплю и сейчас проснусь!"
Селина украдкой бы ущипнула себя за руку сквозь плотную атласную ткань, но подруга выдернула ее из мира грез. Айрис вела себя как-то странно. А потом и вовсе неожиданно протиснулась через толпу к ближайшей портьере.
"Ей плохо..." - девушка в ужасе последовала за ней, оставив матушку любоваться придворным величием.
- Айрис... дорогая... что случилось? - она тревожно схватила юную герцогиню за рукав пышного платья. - У тебя снова приступ?

Отредактировано Селина Арамона (2012-03-25 00:28:28)

0

18

Дальше все произошло очень быстро. Во-первых, обернулся Алва и язвительно окоротил Штанцлера (причем, назвав при этом его самого очаровательным юношей, — осознал Дикон и сглотнул). Во-вторых, Штанцлер ответил не меньшей язвительностью, но все же окоротился, на прощание одарив Окделла настолько сочувственным взглядом, как будто Дикону уже стоило заказывать себе гроб.

«Твой эр, как ты сам понимаешь...»

А что — мой эр? — подумал Ричард и посмотрел Алве в спину. Эр... Неужели эра Августа совершенно не возмутила его присяга Ворону? Или он действительно настолько взволнован возможной угрозой? «Ты не задумывался, почему Савиньяки так упорно не отпускают Айрис из своего дома?» Дик украдкой оглянулся, выглядывая в свите королевы сестру, но не преуспел — половину дам загораживали стоящие за тронами эр Штанцлер и граф Савиньяк. Окделл вздохнул. Еще одна головная боль! Остается только изо всех сил надеяться, что Савиньякам удастся обставить появление Айрис при дворе цивилизованно...

А тут еще какие-то Манрики, Колиньяры, дуэли...

И Ворон. Герцог Алва... Прикосновение его руки...

Ричард опустил глаза. Убраться куда-нибудь подальше хотелось все неудержимее.

Отредактировано Ричард Окделл (2012-03-25 01:03:18)

0

19

Луиза следовала рядом с дочерью и новой подопечной. Про себя женщина отметила, что и прическа, и платье насколько возможно скрывали недостатки её внешности. Наряд госпожи Арамоны был под стать её роли дуэньи, и, к тому же - или в то же время - выражал её статус, как женщины недавно овдовевшей. И, надо сказать, черный цвет ей шел.
Капитанша посмотрела на Айрис, за которой заметила некоторое изменение в походке. Девица поспешила скрыться за портьерой, а Селина отправилась за ней. Луиза, может, и была бы тронута такой заботой дочери о подруге, но сейчас следовало разобраться, почему юная герцогиня позволила себе удалиться, хоть и сделав все, чтобы этого никто не заметил.
- С Вами все в порядке? - спросила Луиза, наблюдая за манипуляциями Айрис с её туфелькой. Невольно глаза вдовы Арнольда Арамоны обратились к толпе, выискивая… Капитанша вовремя одернула себя. И кошке было ясно, что тот, кого она надеялась увидеть, был где-то здесь, но что изменится, если она его увидит? Раскрывать рот на журавлей в небе её даже недавние события не отучили. И все же, за одну возможность увидеть кэналлийского красавца она отдала бы многое. Избавившись от подобных мыслей на какое-то время, Луиза опять посмотрела на Айрис, и, пока никто не обращал на них внимания, наклонилась, чтобы помочь девушке.

Отредактировано Луиза Арамона (2012-03-25 02:49:43)

0

20

Церемония катилась своим чередом, и на смену герольду вышел дуайен Посольской палаты.

Маркиз Габайру был способен разливаться соловьем не пять и даже не десять минут. Но стоит отдать ему должное - его речь была менее скучной, нежели у герольда. Многословно и витиевато выразив своё восхищение Её Величеством и не преминув упомянуть о тёплых чувствах Великого герцога Ургота к брату своему Фердинанду, Габайру умолк и изящно, с достоинством, поклонился королевской чете.

Выступления остальных послов, делегаций от провинций, гильдий Олларии... все это слилось в один нескончаемый поток славословия. Придворные изнывали от необходимости стоять на одном месте, послы пытались разгадать интриги друг друга, король развлекался, разглядывая делегации, королева устала и выглядела еще более хрупкой и печальной, Первый маршал откровенно скучал, а капитан королевской охраны был невозмутим и непроницаем.

Когда смолкли последние поздравления и герольд зачитал благодарности от короля и королевы, прозвучали фанфары, королевская чета поднялась и с достоинством удалилась из тронного зала, а за ними потянулись придворные, с трудом скрывая облегчение, вызванное окончанием этого долгого ожидания.

Официальная церемония продлилась почти три часа...

0

21

Сердце Айрис успокоилось. Хотя она чуть не потеряла сознание от страха. Она как раз балансировала на одной ноге, стараясь не упасть и вытряхнуть треклятый камушек, когда отдвинулась портьера. Айрис не пережила бы такой неловкой ситуации.
- У тебя снова приступ?
Айрис услышала знакомый голос Селины и почувствовала тревожное прикосновение ее рук. О Создатель!
Сразу за Селиной появилась ее мать.
- С Вами все в порядке?
Айрис поблагодарила за заботу и, смущаясь, попыталась объяснить причину своего испуга.
Было бы очень некстати оказаться замеченной в одной туфельке, за портьерой, посреди торжественного приема в честь Ее Величества.
Они вернулись в зал. Какое-то время девушка просто приходила в себя. Потом постаралась опять встретиться взглядом с братом.  Безрезультатно. Огромное количество гостей. Речи послов, которые, казалось, будут бесконечными. Пестрые наряды. Бесконечное мелькание лиц. У Айрис начинала кружиться голова. Судя по всему, остальным придворным было так же нелегко. У многих на лицах застыло странное сочетание уважительного восторга и надвигающегося уныния. Чтобы немного отвлечься, Айрис склонилась к Луизе и шепотом произнесла:
      - Я совсем никого не знаю, может быть, вы сможете мне подсказать, кто эти люди рядом с Ричардом? Вот тот грузный человек? И второй, черноволосый с синими глазами? 
Девушка привстала на полупальцы, пытаясь лучше рассмотреть мужчину. Его лицо было бесспорно красивым, но что-то делало его неприятным. Айрис не могла понять, что именно. Как будто трещина на безупречно белой стене. Отреставрированная искусным зодчим, так, что и не заметно. Или, может быть... Едва появившаяся ощущение испарилось, дамы шуршащей волной оборок и подолов последовали за королевой.

Отредактировано Айрис Окделл (2012-03-25 14:49:10)

0

22

Когда-то давно длинные официальные церемонии невероятно злили юного маркиза Алвасете, и он любыми путями пытался увильнуть от досадной необходимости торчать среди разряженных придворных.  Позже герцог Алва, хоть и несколько смирился с условностями светской жизни, все же раздражался из-за бессмысленного времяпрепровождения во дворце, из-за траты времени, которое можно было бы потратить на дела куда более полезные или приятные. Но человек ко всему привыкает, и к тридцати шести годам Рокэ научился воспринимать нудное однообразие светских церемоний со спокойствием умудренного жизнью философа. Сейчас, стоя за креслом Его величества, герцог Алва слышал каждое слово, произнесенное послами и главами олларианских гильдий, замечал едва ли не каждое движение среди гостей, но при этом его собственные мысли текли сами по себе, и время, кажется, исчезало, превращаясь из череды минут и часов в длинную бесконечную реку. За это время и впрямь можно было передумать многое. Например, просчитать новую кадровую рокировку в Западной армии, припомнить график поставок фуража в гарнизоны Олларии, свести воедино сведения о настроениях в Эпинэ, движении в Агарисе и странностях в политике Дриксен. Или, на худой конец, представить Штанцлера в гальтарской тоге.

Но любая, даже самая длинная, церемония когда-то заканчивается. Прозвучали фанфары, поднялась из кресел королевская чета. Катарина, кажется, была впрямь - а не напоказ - утомлена, как и большинство измотанных длинными речами придворных. Его Величество подал супруге руку, королевская чета направилась к выходу из зала. По давно заведенному порядку Первый маршал последовал за Их Величествами. Чуть позади слышались слегка шаркающие шаги Штанцлера.

0

23

Церемония наконец завершилась, и Фиеско вздохнул с облегчением. Надо же, всего год прошел, а он уже успел отвыкнуть от придворной жизни... Последние два часа из трех Кристо откровенно скучал. За это время он успел изучить стоящих вокруг придворных (всякая дворянская мелочь стояла, кто хлопая глазами, кто зевая; у Манриков, как обычно, был невероятно напыщенный и при этом невероятно глупый вид; у Ариго были такие лица, словно у них коллективно болели зубы; Придды, как обычно, напоминали сушеных вобл, потом Фиеско наскучило вертеть головой); на послов смотреть не стоило вовсе, а вот на возвышении стояли люди поинтереснее. Кристо скользнул взглядом по бесстрастному лицу Первого маршала — тот, казалось, занят был меланхоличным перемножением в уме больших чисел. Тот взгляд в приемной королевы — Кристобаль сладко улыбнулся воспоминанию; о, что это был за взгляд! Ухмылка, бесстыдная, как у записной блудницы — и холодный изучающий огонь в глубине глаз... За спиной Ворона продолжал потерянно мяться русоволосый мальчик; кажется, Штанцлер только что испортил ему настроение... На лицо Лионеля Савиньяка было приятно посмотреть: красивый, скучающий, ни на минуту не ослабляющий приросшего, словно маска, внимания...

И вот теперь приближенные к королевской чете просачивались за ними в боковые двери; герольды и послы устало сматывали свои свитки, придворные разбредались. Кристо немного подумал — и двинулся к боковым дверям. Понятно, что на торжественном обеде ему делать нечего, но вот еще раз внимательно посмотреть на Алву...

0

24

Негромкие перешептывания сливались в ровный гул, в котором трудно было разобрать слова, кроме произнесенных очень близко. Это напоминало шум дождя, а в дождливую погоду у Ангелики Придд часто начиналась мигрень. Тем не менее, подобные мелочи не могли стать причиной для нарушения этикета.
"Падать в обмороки на публике — привилегия Ее Величества", — подумала герцогиня и коснулась губ закрытым веером. Еще никто, кроме Леворукого и Создателя, не умел читать мысли, но в пределах дворца кое о чем лучше было даже не думать.
Интересно, какие сюрпризы преподнесет этот день, помимо выходки герцога Алвы? — тихо спросил Вальтер.
Ее одной уже достаточно, чтобы занять двор на несколько дней, а то и больше, — так же тихо ответила герцогиня Ангелика.
Посмотрев в сторону, она заметила, что Эмиль Савиньяк оглядывается, будто ищет кого-то. Учитывая, что его брат-близнец занимал положенное место за троном, можно было предположить, что граф Лэкдеми хочет видеть либо даму сердца, либо виконта Сэ, стоящего позади герцога Придда.
Рядом с Савиньяком виднелась рыжая шевелюра его оруженосца, виконта Манро. И Лучшие Люди, и Люди Чести отличались порой крайне избирательной памятью: юный Константин приходился Ангелике Придд, урожденной Гогенлоэ-цур-Адлерберг, родным племянником, но об этом вспоминали довольно редко.
Герцогиня краем глаза заметила движение в толпе. К присутствующим присоединились две девушки в сопровождении дуэньи в черном. На первый взгляд все казались незнакомыми, но если приглядеться внимательнее...
— Вальтер, — Ангелика снова повернулась к супругу, — кажется, вы не зря ожидали сюрпризов.

0

25

Когда туфелька вернулась на законное место, Луиза поспешила с девушками вновь занять место в рядах свиты Её Величества. Волей Создателя те были заняты тем, что делали вид, что слушают речи напыщенных болванов. Госпожа Арамона сама притворилась, что развесила уши, когда, уже почти к концу церемонии к ней обратилась Айрис. Капитанша посмотрела в сторону, в которой, судя по всему, находился герцог Окделл. Юноша походил на сестру, причем, судя по взгляду, не только внешностью, но и непробиваемой прямотой. С одной стороны стоял кансилльер Талига. Его Луиза знала только в лицо, но производил он впечатление человека неглупого… и подлого. Такие выводы делать было, возможно, слишком рано, но знакомиться с Августом Штанцлером поближе, для того чтобы убедиться - или переубедиться - в этом, у вдовы капитана Лаик желания не было. А вот второй человек, про которого спросила юная герцогиня… Луиза была теперь сама готова ущипнуть себя. Чтобы напомнить себе, что пялиться неприлично. До недавних событий она и не мечтала вновь увидеть герцога Алву, и сейчас приходилось сдерживаться, чтобы эмоции не помешали ей ответить на вопрос девушки.
- Тот «грузный» человек – кансилльер Талига, - ответила Луиза, - а синеглазый - это герцог Алва, Первый маршал.
Лет с десяток – полтора назад она бы, возможно, рассыпалась бы в дифирамбах, но сейчас научилась держать себя в руках. Женщина кивнула подопечной и дочери на направляющуюся прочь из этого зала, чуть не ставшего всеобщей спальней, процессию и последовала за остальными придворными дамами. Да в такой толпе дай Создатель в юбках не запутаться.

0

26

— Ее одной уже достаточно, чтобы занять двор на несколько дней, а то и больше.
- Достаточно, согласен, но с таким началом продолжение может оказаться не менее занимательным, - Вальтер усмехнулся уголками губ.
Церемония проходила, как и положено: вялое течение бессмысленной тоски. Герцогиня Ангелика с дочерью иногда украдкой перешептывались и бросали на толпу равнодушно-скучающие взгляды. Подобным образом вели себя, кажется, все присутствующие. Кроме тех, что были в непосредственной близости от королевской четы.
За троном происходило что-то оживленное. Он не мог этого не заметить. Как не мог и Первый маршал. И, наверняка, половина королевской свиты.
"Штанцлер, ваше рвение очень похвально, но зачем же так... грубо..."
Впрочем, это были уже проблемы Августа.
— Вальтер, — Ангелика снова повернулась к супругу, — кажется, вы не зря ожидали сюрпризов.
Супрем проследил за направлением взгляда супруги и искренне удивился. "А вот и продолжение... только неожиданное". Явное внешнее сходство с оруженосцем Алвы не позволяло ошибиться в том, к какому роду принадлежала русоволосая девушка в сопровождении двух блондинок (юной и пожилой). "Любопытно... чья это была идея - представить Айрис Окделл ко двору? И с какой целью?" Кансилльер изволил лишь сообщить, что юная герцогиня прибыла в Олларию, и ее приютили Савиньяки. Возможно, они же и позаботились о ее дворцовом будущем. Надо было в свое время распросить виконта Сэ об Айрис, хотя юный олень, скорей всего, ответил бы нечто невнятное в своей привычной манере.
Тем временем три часа придворных ужимок и реверансов подошли к концу. Свита потянулась прочь из зала, вслед за королевской четой. За ними пристроились и участники представления за троном, капитан королевской охраны и прочие приближенные. В толпе мелькнули алые цвета Ариго, убийственное для глаз цветовое сочетание Манриков и снова фиолетовый наряд уже примелькавшегося в Большой приемной маркиза Фиеско. "Его страсть к лиловому так неисстребима, что заставляет предположить, будто он отчаянно жалеет, что не родился Спрутом".

0

27

Внезапно (как показалось Ричарду) сдвинувшиеся с мест придворные заставили его вздрогнуть, рассеянно хлопая глазами. Он что, спал стоя?! Куда делись последние полтора часа церемонии, Дикон не знал. Королевская чета уходила; все, стоявшие за тронами, уходили тоже, и Алва был уже на несколько шагов впереди... Ричард дернулся следом, чувствуя себя невероятно глупо.

0

28

Успокоенная, Селина вернулась с Айрис и матушкой в ряды придворных. На самом деле, ей не хотелось пропустить ничего из происходящего. Она совсем не задумывалась, что на подобные представления доведется смотреть если не часто, то с завидным постоянством.
- Тот «грузный» человек – кансилльер Талига,  а синеглазый это герцог Алва, Первый маршал, - таков был ответ Луизы на вопрос подруги.
Селина вслед за герцогиней принялась вертеть головой, пытаясь рассмотреть обоих. Точнее - второго. Первый был ничем не примечательным одуловатым стариканом и не представлял интереса. О втором она была столько наслышана, что не разглядывать было невозможно. Странная красота герцога Алвы, тем не менее, оставляла по себе какое-то смутное беспокойство. Впрочем, возможно, дело в нервах, духоте и тесноте.
Церемония подошла к концу, и Луиза подтолкнула их к выходу.
Что будет дальше?
Девушка не представляла и с трудом удерживалась, чтобы не вцепиться в руку Айрис от волнения.

0

29

Кто-то, явно пытавшийся догнать свиту, толкнул замешкавшегося Ричарда, так что юноша пошатнулся. Судя по всему, этот человек не слишком много думал о приличиях, потому что он даже не остановился извиниться. Все, что успел заметить Ричард, - это черный колет и темно-каштановые волосы.

0

30

Окделл зашипел, едва удержавшись на ногах, но, когда ему удалось вернуть себе равновесие, где обидчик, было уже совершенно непонятно. Ричард нервно одернул колет и, сделав самый надменный вид, как будто ничего и не было, все-таки двинулся за Алвой — впрочем, уже не спеша его догнать. Обидный толчок почему-то показался последней каплей. Что ж, если его эру наплевать, где обретается его оруженосец, он будет намеренно плестись в хвосте.

0


Вы здесь » Талигойский лабиринт » Королевский дворец в Олларии » День рождения Её Величества: Тронный зал [14 В.С. 398 КС; свободный]